Подпись на Рейхстаге: «Рядовой Леонид Цыпленков»

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Маша Цулимова: «Умер только тот, кто забыт, мой прадед навсегда в моей памяти»

Время летит, разрушая многое, но не смеет оно разрушить дарованные нам Господом веру, которая питает наши души любовью,  память -  о прежних днях, когда мы были моложе и, как нам кажется, счастливее, и наших  детей, в которых мы видим продолжения себя. Всего три подарка. Но без них наша жизнь была бы пуста и бессмысленна.

В января 1922 года,  в деревне Голькино, черкутяне постарше скажут вам, что находилась она недалеко от Юрино, в семье  Василия и Пелагеи Цыпленковых родился  седьмой по счету мальчонка. Времена были лихие, голод и эпидемии делали свое злое дело.  Из семерых сыновей уцелели только четверо - Миша, Саша, Алеша да младший Ленька.

Окончив семилетку, подался Ленька в Москву, получил рабочую специальность,  да случилась беда.  В мае 1941 года умер отец. Матушку свою Леньке оставлять одну не хотелось. Вот и решил  он вернуться в родное Голькино, в колхоз, где и застала его война.

Сколько молодых парней  штурмовало тогда военкоматы,  как хотелось им бить проклятого фашиста, за то, что посмел ступить на  землю русскую! Леонид  не был исключением и в сентябре 1941 года Собинским  райвоенкоматом он был призван в  ряды Красной армии.  А через несколько дней из  новобранцев, в числе которых был рядовой Цыпленков,  в городе Тейково Ивановской области был сформирован десантный корпус, на который  потом возлагались самые опасные и самые ответственные боевые задания. Десантников обучали и днем и ночью приемам рукопашного боя, владению всеми видами оружия, прыжкам с парашюта – за 4 месяца жестких тренировок Леонид совершил 20 прыжков. Даже когда враг вплотную подошел к Москве и все боевые силы были брошены на оборону столицы, курсанты десантного корпуса не прекращали своего обучения. 

Двадцать первый, уже боевой, прыжок Леонид запомнил на всю жизнь.

Вечером 10 февраля 1942 года со взлетно-посадочной полосы московского аэродрома в небо поднялась эскадрилья «Дугласов». Она уже приближалась к месту выброски, как «напоролась» на группу «мессеров». В ходе завязавшегося боя самолет с десантниками, среди которых был и рядовой Цыпленков, загорелся. Выпрыгивая из пылающей машины, Ленька повредил основной парашют.

 Пришлось приземляться на запасном.

Опускаясь, купол его зацепился за ветви елей, а сам боец, пролетев несколько метров сквозь колючие заснеженные ветки, чудом получил лишь несколько царапин. Обрезав парашютные стропы и убедившись, что благодаря густым еловым ветвям и снегу парашют его был не заметен, Леонид успокоился. Как вдруг где-то не очень далеко послышалась человеческая речь.  Решив, что к нему приближаются фашисты, схватился Ленька за уцелевший автомат и приготовился принять свой первый бой, а  может быть и последний.

«Тем временем люди приближались, речь их становилась более внятной. впрочем, занятый оборудованием своей позиции Леонид к голосам какое-то время не прислушивался. И на тебе! Хоть ушам своим не верь! Со стороны шедших в цепи отчетливо послышался такой трехэтажный мат-перемат, который даже самый что ни на есть умеющий говорить по-русски немец воспроизвести не в состоянии. Да простят люди культурные, но для десантника Цыпленкова, эта нецензурная брань была дороже всех слов родного русского языка, да и запомнилась эта брань на всю оставшуюся жизнь. Уж слишком велика была цена этим словам», - эти строки  процитированы из книги «Фотография из семейного альбома»  (об  авторе которой я скажу чуть позже).

То были партизаны, которые, зная о выброске десанта, помогали им собраться в одном месте, для выполнения важной боевой задачи. В тылу врага, близ села Свинцово, подразделение десантников перекрыло Варшавское шоссе, блокировав всякое движение фашистов по важной дороге. Немцы в ответ на дерзость советских бойцов обрушили всю свою артиллерию, всю свою мощь против 500 десантников. 

Ребята стояли насмерть, 72 часа удерживали оборону, земля буквально пропиталась кровью наших бойцов.

Сколько мальчишек, молодых, сильных, красивых, сложили там свои головы! И только на исходе силы остаткам десантной бригады было приказано покинуть позиции.  По топям и болотам возвращались из вражеского тыла  оставшиеся в живых  десантники к своим. 

Сколько потом исколесил по дорогам войны Леонид Васильевич, когда служил уже артиллеристом в составе 1-го Белорусского фронта под  командованием прославленного Георгия Жукова! «При подготовке к форсированию Одера Леонид впервые увидел вблизи Г. Жукова. Произошло это случайно. Он вместе с товарищами готовил орудие, вдруг случилась какая-то суматоха. Начальство забегало, засуетилось. Появилась группа офицеров, все в плащ-накидках, званий не разглядеть. Однако Жукова солдаты приметили сразу. Коренастый, с твердым, даже несколько жестким выражением лица, он отдавал четкие указания внимающим каждому  его слову высоким армейским начальникам. Уже после того как маршал уехал, еще долго среди солдат шел разговор: «Ах вот он какой, Жуков!..»

Леонид  дошел до самого Берлина. Как многие советские солдаты, оставил он свою подпись на стенах павшего Рейхстага. «А вскоре в Берлине  состоялся парад войск стран-победительниц, командовал которым Георгий Жуков. Вот так Леонид Цыпленков во второй раз увидел легендарного маршала. К сожалению, в последующем об этом параде официальная история старалась умолчать, и, наверное, зря. Ведь в отличие от американцев, французов и англичан, советские войска прошли торжественным маршем по центральной улице Берлина дважды. Они открывали и закрывали парад. Вместе со своей батареей чеканил шаг и рядовой Цыпленков…»

Леня вернулся в родную деревню в 1946 году, женился на любимой девушке Ниночке, которая ждала его всю войну. Многие годы успешно руководил колхозом в родной деревне, более десяти лет, был председателем сельского Совета в Черкутино, где все знали его как честного, порядочного  и справедливого человека. Со своей супругой Ниной Кузьминичной воспитали дочерей - Тамару, Веру и Лидию, а затем и внуков. Леонид Васильевич Цыпленков умер 8 мая 2005 года, не дожив дня до 60-летия  Победы.

Каждый год, как было заведено при жизни отца, 9 мая дочери Леонида Васильевича съезжаются со своими мужьями, детьми и внуками в родительский дом в Черкутино, чтобы рядом со старенькой мамой вновь и вновь вспоминать своего героя, своего горячо любимого папу и дедушку.

…Передо мной лежит книга, но не в том обычном виде, к которому мы привыкли. Отпечатанные на обычном домашнем принтере чуть больше десятка листов фотобумаги формата А4, скреплены между собой пластиковыми пружинами. На страницах несколько фронтовых снимков молодого бойца, а на титульной  –  фотография ветерана с наградными планками, орденом  Отечественной войны на груди и надпись «Фотография из семейного альбома. Цыпленков Леонид Васильевич». Скромно и очень просто. Но как душевно. Вот таким образом свою любовь к прадедушке выразила правнучка Леонида Васильевича Маша Цулимова. Сейчас ей 18 лет, когда она создавала эту книгу,  ей было 12. Можно ли было выразить свою любовь сильнее? Такая книга дороже всех изданий! Значит и вправду в детях наше продолжение, над  которым не властно время, так же, как не властно оно над Верой и нашей памятью.

 

И. Щегорцева, с. Черкутино

Прочитано 305 раз
Другие материалы в этой категории: « Нехитрая логика Продукты принесут »