Он небо любил и самолеты

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Наш читатель Валерий Ладонкин – о брате своего деда Федоре Ладонкине

Когда я учился в школе, нас попросили написать сочинение ко Дню Победы о родных, участниках Великой Отечественной войны. Ребята писали о своих родных, вернувшихся с войны с орденами и медалями. У меня в семье вернувшихся не было. Так я и не написал тогда сочинение. А ведь было о ком написать, было!

О дедушке, которого я никогда не видел, погибшем  в лютую стужу 1942 года в лесах Карелии, от пули финского снайпера-«кукушки», о дяде, сложившем голову под Кенигсбергом, и о нашем летчике командире звена старшем лейтенанте Федоре Степановиче Ладонкине, который не вернулся с боевого задания 4 июля 1942 года.  Вот о нем и будет сегодня мой рассказ.

Федюшка - так ласково называл своего младшего брата мой дед, когда мне показывал его фотографию, и добавлял уже с грустью: «Он в самолете сгорел». Родился Федор в большой крестьянской семье в 1915 году в деревне Бабанино. Рано приобщился к крестьянскому труду. Как и все деревенские мальчишки, он страстно любил рыбачить, ловить карасей в деревенском пруду.

Со временем братья и сестры перебрались в Москву. Уехал и Федор. Закончил в 1932 году «семилетку», а в 1934-м вступил в комсомол (для тех, кто не знает, была в нашей стране тогда такая молодежная организация ВЛКСМ). И вдруг заболел Федор небом, мечтал стать летчиком. Страна тогда носила летчиков на руках. Их называли «Сталинские соколы». И Федор поступил в школу пилотов и авиатехников ОАХ (ОСОВИАХИМ). Закончил ее в 1938 году. Успешно сдал экзамен на летчика-инструктора. И стал работать в одном из подмосковных аэроклубов, где обучал курсантов-«учлетов» управлять самолетом. Учил летать их на «У-2». Аэроклубы тогда в стране росли как грибы после дождя. Стране нужны были летные кадры. Ведь в Европе уже тогда пахло порохом. Фашистская Германия готовилась к войне. Аэроклубы были первой ступенью для поступления в летные училища, где уже потом осваивали современные по тому времени типы боевых самолетов. Перед самой войной Федор приезжал в родные места. В Бабанине, в Ундоле, в фабричном поселке встречался с молодежью, проводил беседы и приглашал их в аэроклуб, как тогда говорили «вербовал».  Некоторые парни потом связали свою судьбу с авиацией, как, например, его односельчанин Сергей Иванович Сундуков.

А однажды Федор прилетел в деревню на самолете. И даже прокатил на нем своего отца. И увидел Степан Терентьевич с высоты полета деревню, свою избу, часовню, Ладонкин пруд, речушку Мулигу, петляющую среди полей, «Махрин лес».

Началась война и в июле 1941-го Федора призвали в армию. И стал он пилотом 200-й отдельной эскадрильи связи, которая действовала на Центральном, а потом и на Юго-западном направлении. Летал на разведку противника, доставлял делегатов связи и приказы в войсковые части.

В сентябре 41 года военнослужащие эскадрильи оказались в окружении, как и многие сотни тысяч советских бойцов, в так называемом «Киевском котле». Многие попали в плен, пропали без вести или погибли. Федор избежал их участи.

6 ноября 1941 года за образцовое выполнение заданий он был представлен к ордену Красной Звезды, но наградили медалью «За Отвагу». Скупо награждали тогда, в начале войны.

В июне 1942-го эскадрилья была расформирована и вошла в состав 23-го смешанного авиационного полка. Лето 1942-го - тяжелое время для страны. Враг рвался к Волге, к Сталинграду. Шли ожесточенные бои, наши войска отступали. В воздухе противник тогда имел превосходство. Но наша авиация как могла сдерживала противника, бомбила переправы, помогала нашим наземным частям.

«В тот день было много вылетов, - писал комиссар полка отцу Федора после его гибели. - Я находился рядом и видел, как задымилась, а потом и загорелась его машина, Федор с парашютом не выпрыгнул…»

В 1980 году в «Комсомольской правде» была статья «Память сердца». Поисковики Быковского дома пионеров Волгоградской области разыскивали родных похороненных на их земле летчиков. Упоминался там и Федор Степанович Ладонкин. Помню, к нам тогда приходили и звонили люди, знавшие его, говорили о нем хорошие слова. Мои родные  тогда связались с поисковиками. Но потом выяснилось, что произошла ошибка, не мог Федор быть там захоронен. Он погиб на воронежской земле, в районе д. Большое Быково.

Несколько лет назад я задался целью найти его захоронение. Звонил, писал письма по интернету. Написал и в администрацию сельского поселения, куда входит деревня Большое Быково (сейчас Большебыково). И от главы сельского поселения мне пришел ответ, что старожилы села помнят, как летом 1942-го в поле около их деревни упал самолет У-2 («кукурузник»). Летчики были молодые и тела их сильно обгорели. И похоронили их в братской могиле безымянными.

Вот такая вот судьба у одного из десятков тысяч наших летчиков, которые не вернулись из полета.

«Он небо любил                                          

                                и самолеты,

И крепко сжимая

                      руками штурвал,

Когда возвращался

                      домой из полета,

То русскую песню

                       всегда запевал».

О том, что он любил петь в полете, рассказывали его сослуживцы. «Вон Ладонкин летит!» - говорили они, услыхав его песню.

Мы в долгу перед теми, кто не вернулся с поля брани. Спустя много лет я все-таки написал сочинение ко Дню Победы, отдавая дань памяти.

Прочитано 243 раз

Галерея изображений

Смотреть встроенную онлайн галерею в:
https://doverie33.info/index.php/novosti/item/2025-on-nebo-lyubil-i-samolety#sigProId008e5445ba